Откуда появились почтенные шакьи?

История формирования человеческого существа (выдержка из Сангхабхедавасту)

И вот почтенный Махамаудгальяяна погрузился в сосредоточение такого рода, что в уме, сосредоточенном таким образом, он узрел древнейший род шакьев. Узрев древнейший род шакьев, почтенный Махамаудгальяяна увидел, откуда появились шакьи, кому они предшествовали, чьими потомками они были и какой из родов шакьев древнейший. Увидев же, он оставил то сосредоточение и сел на предложенное сидение перед общиной монахов. Сев, почтенный Махамаудгальяяна обратился к шакьям из Капилавасту:
Было время, о потомки Гаутамы, когда зарождался (saṃvartate) этот мир. И многие из тех существ, что при зарождении мира появились в божественной обители Абхасвара, были тогда прекрасными, сотворенными из сознания, безупречными, наделенными полноценными индриями, обладающими всеми главными и второстепенными членами тела, блистающими, не меняющими [своего] цвета, излучающими сияние, передвигающимися по небу, вкушающими радость, питающимися радостью, живущими долго. Долгое время они оставались [такими]. И тогда на этой великой земле не существовало ничего кроме воды, ничего кроме океана. И та колеблющаяся от ветра поверхность великой земли, на которой не существовало ничего кроме воды, ничего кроме океана, [стала] успокаиваться, застывать, стягиваться, подобно тому, как колеблющаяся от ветра поверхность вскипяченного [и затем] остывшего молока успокаивается, застывает, стягивается, так же и колеблющаяся от ветра поверхность великой земли, на которой не существовало ничего кроме воды, ничего кроме океана, [стала] успокаиваться, застывать, стягиваться. Она стала нектаром земли, наделенным цветом, наделенным запахом, наделенным вкусом: таким цветом, какой [бывает] у свежего масла, таким вкусом, какой [бывает] у чистого меда кшаудра.

Наступило время, о потомки Гаутамы, когда этот мир [начал] приходить в упадок (vivartate). Когда мир [начал] приходить в упадок, у некоторых существ иссяк жизненный срок, иссякла карма, иссякли духовные заслуги, и поэтому они покинули божественную обитель Абхасвара и так обрели человеческий удел. Здесь (на земле — Д.К.) они были прекрасными, сотворенными из сознания, безупречными, наделенными полноценными индриями, обладающими всеми главными и второстепенными членами тела, блистающими, не меняющими [своего] цвета, испускающими сияние, передвигающимися по небу, вкушающими радость, питающимися радостью, живущими долго. Долгое время они оставались [такими]. И тогда не были [еще] явлены в мире ни солнце и луна, ни созвездия, ни кшаны, лавы и мухурты, ни день с ночью, а также не были явлены в мире месяцы, половины месяцев, времена года и годы. Не было различий между мужчиной и женщиной, и не было иных [различий], а называли [они друг друга] так: «Существо! Существо!».

Существа пробуют нектар земли

И вот некое жадное существо, [взяв] нектар земли кончиком пальца, попробовало его. Едва попробовав, оно испытало наслаждение. Испытав наслаждение, оно стало есть [его] целыми пригоршнями. Другие же существа увидели, как то существо, [взяв] нектар земли кончиком пальца, попробовало его, и как, едва попробовав, оно испытало наслаждение, и как, испытав наслаждение, оно стало есть [его] целыми пригоршнями. И увидев это, те существа тоже стали пробовать нектар земли, [беря его] кончиком пальца. Едва попробовав, они испытывали наслаждение. Испытав наслаждение, они ели [его] целыми пригоршнями. И после того, как те существа съели пригоршни нектара земли, тела тех существ стали грубыми и тяжелыми. Те сияние и цвет, что были у них, исчезли. Мир погрузился во тьму. И, в соответствии с Дхармой, из-за того, что мир погрузился во тьму, в мире появились солнце и луна, в мире появились созвездия, кшаны, лавы и мухурты, день с ночью, месяцы, половины месяцев, времена года и годы. Те [существа] жили долго и долгое время питались таким образом, принимали такую пищу. Из них тот, кто употреблял меньше пищи, обладал ярким цветом, а тот, кто употреблял больше пищи, обладал тусклым цветом.
Так были известны две степени [яркости] цвета, зависящие от двух разных мер [принимаемой] пищи. На основе той или иной степени яркости цвета одно существо презирало другое, [говоря]: «Эй, существо! Я обладаю ярким цветом, а ты — тусклым!» У них, гордых своим цветом, из-за обретения таких порочных, неблагих качеств пропал нектар земли. Когда пропал нектар земли, те существа встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Ах, нектар! Ах, нектар!» Это как теперь люди, отведав какого-нибудь сладкого яства, вспоминают эти же древние звуки и слова и говорят так: «Ах, нектар! Ах, нектар!» Так и те существа, о потомки Гаутамы, когда пропал нектар земли, встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Ах, нектар! Ах, нектар!» И [люди теперь] не знают смысла этих [слов, когда говорят]: «Таков смысл этого высказывания. Таков смысл этого высказывания».

Появление пирога земли

Когда пропал нектар земли, у тех существ появился земляной пирог, наделенный цветом, наделенный запахом, наделенный вкусом. Цветом он был подобен цветку карникара, вкусом он был подобен чистому меду кшаудра. Те [существа] жили долго и долгое время питались таким образом, принимали такую пищу. Из них тот, кто употреблял меньше пищи, обладал ярким цветом, а тот, кто употреблял больше пищи, обладал тусклым цветом. Так были известны две степени [яркости] цвета, зависящие от двух разных мер [принимаемой] пищи. На основе той или иной степени яркости цвета одно существо презирало другое, [говоря]: «Эй, существо! Я обладаю ярким цветом, а ты — тусклым!» У них, гордых своим цветом, из-за обретения таких порочных, неблагих качеств пропал земляной пирог. Когда пропал земляной пирог, те существа встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Ах, увы! Ах, увы!» Это как теперь люди, мучимые какой-нибудь тяжкой скорбью, употребляют эти же древние звуки и слова и говорят так: «Ах, увы! Ах, увы!» Так же и те существа, когда пропал земляной пирог, встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Ах, увы! Ах, увы!» И [люди теперь] не знают смысла этих [слов, когда говорят]: «Таков смысл этого высказывания. Таков смысл этого высказывания».

Появление лесной лианы

Когда пропал пирог земли, то у тех существ появилась лесная лиана, наделенная цветом, наделенная запахом, наделенная вкусом. Цветом она была подобна цветку кадамбака, вкусом она была подобна чистому меду кшаудра. Те [существа] жили долго и долгое время питались таким образом, принимали такую пищу. Из них тот, кто употреблял меньше пищи, обладал ярким цветом, а тот, кто употреблял больше пищи, — тусклым цветом. Так были известны две степени [яркости] цвета, зависящие от двух разных мер [принимаемой] пищи. На основе той или иной степени яркости цвета одно существо презирало другое, [говоря]: «Эй, существо! Я обладаю ярким цветом, а ты — тусклым!» У них, гордых своим цветом, из-за обретения таких порочных, неблагих качеств пропала лесная лиана. Когда пропала лесная лиана, те существа встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Уходи вперед! Уходи вперед!» <…> Так же и те существа, когда пропала лесная лиана, встретились и, собравшись, предавались печали, горевали и причитали. И они говорили так: «Уходи вперед! Уходи вперед!» И [люди теперь] не знают смысла этих [слов, когда говорят]: «Таков смысл этого высказывания. Таков смысл этого высказывания».

Появление риса

Когда, о потомки Гаутамы, пропала лесная лиана, у тех существ без пахоты и сева появился чистый, белый, полностью выросший очищенный рис величиной в четыре пальца, без оболочки, без шелухи. Если его убирали вечером, то к рассвету он снова вырастал и созревал. Если его убирали на рассвете, то к вечеру он снова вырастал и созревал. Так, сколько бы его ни убирали, он снова вырастал, [и его вновь] находили неубранным. Те [существа] жили долго и долгое время питались им, принимали его в пищу. Затем те существа, не занимаясь пахотой и севом, стали есть очищенный рис целыми пригоршнями. Из-за этого у них возникли различия в индриях. У одних [появилась] женская индрия, у других — мужская индрия. И тогда те, у кого была женская индрия, и те, у кого была мужская индрия, стали пристально разглядывать друг друга.

Пробуждение страсти

По мере того, как они разглядывали друг друга, в них пробуждалась страсть. По мере того, как в них пробуждалась страсть, они приходили в смятение. По мере того, как они приходили в смятение, их поведение становилось неподобающим. [И вот] некоторые из них заметили, как [некое] существо совершает неподобающее деяние по отношению к [другому] существу, и, заметив, [стали] бросать [в него] пыль, землю, камни, черепки и говорить: «Позор тебе, низменное существо, поступающее дурно! Позор тебе, низменное существо, поступающее дурно! О существо, как же сейчас ты склоняешь к мерзостным поступкам [другое] существо?!» Это как теперь девушку, которую выдают замуж, покрывают ароматным порошком, благовониями, цветочными гирляндами, одеждами и говорят: «Будь счастлива, девушка! Будь счастлива, девушка!» Так и те существа, заметив, как [некое] существо совершает неподобающее деяние по отношению к [другому] существу, [стали] бросать [в него] пыль, землю, камни, черепки и говорить: «Позор тебе, низменное существо! Позор тебе, низменное существо, поступающее дурно! О существо, как же сейчас ты склоняешь к мерзостным поступкам [другое] существо?!» Так, о потомки Гаутамы, что прежде считалось противоречащим Дхарме, ныне считается соответствующим Дхарме, что прежде считалось противоречащим правилам поведения, ныне считается соответствующим правилам поведения, что прежде считалось достойным порицания, ныне считается достойным прославления. Они изгоняли его на один день, и на два, и на три, и на семь дней они изгоняли его. Как только у тех существ возникло сильное стремление к падению и [следованию] дурной, неблагой Дхарме, они принялись возводить дома, [думая]: «Здесь мы будем совершать неподобающие деяния! Здесь мы будем совершать неподобающие деяния!» Так появилось понятие «дом».

Создание запасов

Это, о потомки Гаутамы, было первое в мире древнее деяние, совершенное в доме. И до тех пор, пока они [жили] в соответствии с Дхармой, не нарушая Дхарму, это была превосходная Дхарма владык-победителей. Если они желали поесть вечерней пищи, они сходились для [сбора] риса вечером, а если они желали поесть утренней пищи — то утром. Однажды некое ленивое существо вечером принесло утреннюю [порцию] риса. И вот одно существо сказало этому существу: «Пойдем, о существо, мы собираемся для [сбора] риса!» А это существо ответило ему так: «Ты беспокойся, о существо, о своем рисе! Я принес утреннюю [порцию] вечером». Тогда то существо подумало: «Это будет правильно, это будет хорошо, если я принесу двухдневный, трехдневный и даже семидневный [запас] риса!» Оно принесло двухдневный, трехдневный и даже семидневный [запас] риса. И вот одно существо сказало этому существу: «Пойдем, о существо, мы собираемся для [сбора] риса!» А это существо ответило ему так: «Ты беспокойся, о существо, о своем рисе! Я принес двухдневный, трехдневный и даже семидневный [запас] риса».

Рис теряет силу

Тогда то существо подумало: «Это будет правильно, это будет хорошо, если я принесу полумесячный, месячный [запас] риса!» Оно принесло полумесячный, месячный [запас] риса. И как только те существа стали питаться очищенным рисом, [выросшим] без пахоты и сева, делая запасы, зерна этого риса стали покрываться оболочкой и шелухой. Когда его срезали, он не вырастал снова. Он казался лишенным силы. Он стал расти среди лесов и зарослей.

Поделиться:   

Комментарии